Загадочная личность Елиуя

0

Книга Иова – одна из самых необычных книг Библии. В этой книге очень мало текста, написанного в описательном жанре. Основную часть книги Иова составляют диалоги между Иовом и его друзьями, а также финальный диалог Иова с Богом. Однако помимо этого в книге Иова присутствует еще и монолог. Шесть глав книги Иова описывают обращенную к Иову речь Елиуя.

Елиуй – поистине загадочный персонаж. Он появляется ниоткуда и исчезает в никуда. Его никто не приглашает в разговор, он вступает в диалог Иова с друзьями по собственной инициативе. Ему никто не отвечает – ни Иов, ни его друзья, ни Господь. Так каково же значение слов Елиуя? С какой целью они помещены в книгу Иова? И какие взгляды отражены в этих словах?

Мне попадались совершенно разные оценки этого библейского персонажа. Некоторые исследователи склонны расценивать Елиуя резко негативно, как самоуверенного выскочку, решившего блеснуть своим вычурным красноречием. Другие наоборот, склонны идеализировать Елиуя, принимая его слова чуть ли не за слова Самого Бога. Третьи вообще не придают речи Елиуя никакого значения, указывая на то, что никто из других действующих лиц книги Иова не обратил на слова Елиуя никакого внимания.

Все это говорит о неоднозначной оценке Елиуя и его слов, а также об актуальности вопроса, связанного с ролью этой личности в книге Иова. Скажу сразу, что лично для меня ни один из вышеперечисленных взглядов на Елиуя и его слова не является приемлемым. Если бы речь Елиуя не имела никакого значения, ей бы не было посвящено целых 6 глав (1/7 часть от общего объема) книги Иова.

Если бы Елиуй и вправду был голосом Божьим, Господь бы Сам не обращался к Иову после слов Елиуя. И, наконец, если бы Елиуй был таким же отрицательным персонажем, как и друзья Иова, то Господь осудил бы его слова так же, как и слова этих друзей. Однако в Библии мы встречаем гнев Господа лишь в отношении взглядов Елифаза, Вилдада и Софара. За них же Иов помолился после того, как они принесли жертву по Божьему указанию (Иов 42:7-9). Об Елиуе Господь ничего подобного не говорил.

Особенность книги Иова в том, что с учетом Божьего осуждения в адрес друзей Иова далеко не все, сказанное в этой книге, можно принимать за безусловную истину

Надо обращать внимание на то, кому принадлежат те или иные слова и сопоставлять их с другими текстами Писания. Если применить этот принцип к речи Елиуя, складывается картина, которая как нельзя лучше отражает противоречивость его личности. Потому как в словах Елиуя присутствуют:

  1. явные истины, которые подтверждаются другими текстами Библии;
  2. спорные тезисы, которые на основании других текстов Библии нельзя ни подтвердить, ни опровергнуть;
  3. прямые нападки на Иова, заявления, которые явно не соответствуют действительности.

Таким образом, исходя из имеющейся информации о характере и взглядах Елиуя, его нельзя однозначно оценить ни положительно, ни отрицательно. Для того, чтобы иметь комплексное представление о личности Елиуя и его взглядах, нам придется препарировать его речь на три части по вышеуказанному принципу и разобрать каждый из сегментов его речи отдельно.

Начнем с неоспоримых истин. Обычно именно этот сегмент речи Елиуя формирует представления той части читателей, которые оценивают Елиуя положительно.

Здесь, прежде всего, бросается в глаза истина о величии Бога, которое можно увидеть в окружающем нас Божьем творении. Эта истина прослеживается у самого Иова (Иов 12:7-10; 26:7-14; 28:24-27), она же является доминирующей и в словах Господа, обращенных к Иову (Иов 38:4-41; 39:1-32). По сути, это древнее изложение Богом и осмысление Иовом той истины, которую в свое время лаконично изложил апостол Павел:

«Ибо, что можно знать о Боге, явно для них, потому что Бог явил им. Ибо невидимое Его, вечная сила Его и Божество, от создания мира через рассматривание творений видимы» (Рим. 1:19-20)

У Елиуя эту мысль, отражающую не только упрек в адрес Иова, но и собственное осмысление Божьего величия, мы встречаем в Иов 37:5-22. Истина очевидна, но что хочет сказать Елиуй, бросая в лицо Иову слова о том, что творение Божье, которое мы наблюдаем каждый день, – доказательство величия Творца? Иов тоже согласен с этим. Хочет ли Елиуй сказать, что Иов недостаточно осмыслил Божье величие, наблюдая за Его творением? Или доказать, что он, Елиуй, осмыслил эту истину глубже? Или же Елиуй просто не обратил внимания на слова Иова?

Не будем гадать, поскольку в Библии нет прямого ответа на эти вопросы. Запомним только, что Елиуй в своей речи часто будет убеждать Иова в том, с чем Иов, по сути, не спорит. То есть сознательно либо в силу своей невнимательности искажать точку зрения Иова, а потом «опровергать» не собственно речь Иова, а искаженную самим Елиуем версию этой речи. Прием, характерный в наше время для «желтой прессы». Плюс определенная игра «на публику» и показательная вычурность речи. Именно эти факторы лежат в основе моей версии о том, каково значение речи Елиуя и что она отражает.

Далее Елиуй констатирует не менее очевидную истину, а именно: с Богом нельзя спорить: «Можешь ли ты обвинить Всеправедного?» (Иов 34:17). «Кто укажет Ему путь Его; кто может сказать: Ты поступаешь несправедливо?» (Иов 36:23). Эти два вопроса Елиуя, обращенные к Иову, конечно же, звучат риторически. И пророк Исаия, и апостол Павел констатируют, что любое действие Бога автоматически является истинным и справедливым вне зависимости от оценки человека (Ис. 29:16; Рим. 9:19-21). Но, опять же, с какой целью Елиуй задает эти вопросы Иову? Ведь Иов полностью согласен с этим:

«Возьмет, и кто возбранит Ему? кто скажет Ему: что Ты делаешь? Бог не отвратит гнева Своего; пред Ним падут поборники гордыни. Тем более могу ли я отвечать Ему и приискивать себе слова пред Ним? Хотя бы я и прав был, но не буду отвечать, а буду умолять Судию моего» (Иов 9:12-15)

Вновь мы встречаем ситуацию, когда Елиуй озвучивает очевидную истину, представляя ситуацию так, будто убеждает заблуждающегося Иова. В то время как Иов с этой истиной вполне согласен.

Еще один важный момент: Елиуй констатирует, что без Бога в человеке нет жизни (Иов 33:4; 34:14-15). Библия четко говорит нам, что только Бог обладает бессмертием (1 Тим. 6:16) и только Он имеет жизнь в Самом Себе (Ин. 5:26). Слова Елиуя очень похожи на слова псалмопевца. Сравним:

«Если бы Он обратил сердце Свое к Себе и взял к Себе дух ее и дыхание ее, – вдруг погибла бы всякая плоть, и человек возвратился бы в прах» (Иов 34:14-15)

«Отнимешь дух их – умирают и в персть свою возвращаются; пошлешь дух Твой – созидаются, и Ты обновляешь лице земли» (Пс. 103:29-30)

Данная истина очень важна, особенно для понимания ветхозаветних представлений о загробной жизни. Однако же и Иов не спорит с тем, что в нем нет жизни без Бога. И свое упование Иов связывает с тем, что Господь в последний день воскресит его «во плоти» и даст узреть Себя (Иов 19:25-26).

Интересны также слова, с которых Елиуй начинает свою речь. Он сам констатирует, что гораздо моложе остальных участников разговора (Иов 32:6), однако же это его ничуть не смущает. Вполне можно согласиться с тем, что «не многолетние только мудры, и не старики разумеют правду» (Иов 32:9). Нечто подобное констатирует также и псалмопевец:

«Я стал разумнее всех учителей моих, ибо размышляю об откровениях Твоих. Я сведущ более старцев, ибо повеления Твои храню» (Пс. 118:99-100)

Следуя этому принципу, Павел убеждает Тимофея, что молодой возраст последнего – это не повод, чтобы словами Тимофея пренебрегали (1 Тим. 4:12). Поэтому отбросим предубеждения, связанные с молодым возрастом Елиуя. Называть его «выскочкой», а его слова «пустословием» только лишь на основании молодого возраста не следует. Более того, в этих словах Елиуя, как мне представляется, содержится тонкий намек на несостоятельность аргументов Елифаза, который убеждал Иова признать свою неправоту лишь на основании того, что Елифаз старше:

«Что знаешь ты, чего бы не знали мы? что разумеешь ты, чего не было бы и у нас? И седовласый и старец есть между нами, днями превышающий отца твоего» (Иов 15:9-10)

Почему-то, говоря о «невоспитанности» и «юношеском максимализме» Елиуя, его возраст, как правило, сравнивают с возрастом Иова. Не обращая внимания, что, следуя той же логике, Елифаз прав, называя Иова «молодым выскочкой», которому он, почтенный старик Елифаз, в отцы годится. Елиуй, указывая на то, что почтенный возраст не всегда делает человека мудрым и носителем истины, выступает как «тактический союзник» Иова, парируя «аргумент» Елифаза к возрасту Иова.

Наиболее фундаментальная и наиболее часто цитируемая мысль Елиуя находится в самом конце его речи и отражает, наверное, одну из главных истин книги Иова –  необходимо благоговеть перед Богом:

«Вседержитель! мы не постигаем Его. Он велик силою, судом и полнотою правосудия. Он никого не угнетает. Посему да благоговеют пред Ним люди, и да трепещут пред Ним все мудрые сердцем!» (Иов 37:23-24)

Действительно, эти слова звучат настолько благочестиво, что их впору сравнивать со знаменитым резюме Екклесиаста: «Выслушаем сущность всего: бойся Бога и заповеди Его соблюдай, потому что в этом все для человека» (Еккл. 12:13). Однако Иов также не спорит с этим. Напротив, его слова, резюмирующие одно из размышлений о Божьем величии, видимом через творение, можно ставить в один ряд и со словами Елиуя, и со словами Екклесиаста:

«Вот, страх Господень есть истинная премудрость, и удаление от зла – разум»

(Иов 28:28)

 К тому же если внимательно читать речь Елиуя, складывается впечатление, что слова о благоговении к Богу по причине величия Его творения Елиуй говорит не столько для Иова, сколько для самого себя. Потому как немного выше Елиуй констатирует: «От сего трепещет сердце мое и подвиглось с места своего» (Иов 37:1). Может показаться, что Елиуй, бросив множество обвинений в адрес Иова, вдруг спохватился и задался вопросом: «А благоговею ли я пред Богом сам, призывая к этому других?».

А повод сомневаться в своих словах у Елиуя действительно был. Потому как некоторые его утверждения отнюдь не так бесспорны, как те, о которых мы говорили выше. Поэтому сейчас мы поговорим о втором сегменте речи Елиуя, о его спорных заявлениях.

Наиболее спорным фрагментом речи Елиуя выглядит его представление о том, как Бог управляет жизнью человека:

«Бог говорит однажды и, если того не заметят, в другой раз: во сне, в ночном видении, когда сон находит на людей, во время дремоты на ложе. Тогда Он открывает у человека ухо и запечатлевает Свое наставление, чтобы отвести человека от какого-либо предприятия и удалить от него гордость, чтобы отвести душу его от пропасти и жизнь его от поражения мечом…, все это делает Бог два-три раза с человеком, чтобы отвести душу его от могилы и просветить его светом живых» (Иов 33:14-18, 29-30)

Всякий внимательный читатель Библии задастся вопросом: откуда Елиуй берет вывод о том, что Бог обращает человека с гибельного пути не больше двух-трех раз? Возможно, это представление основано на аналогии с человеческими взаимоотношениями в миру, где люди часто берут себе за правило прощать не больше трех раз.

ни о каком «лимите» на прощение в виде «два-три раза за всю жизнь» речь не идет. Даже Петр называет гипотетический лимит гораздо выше – «до семи раз».

Иисус же учит Петра прощать ближнему до седмижды семидесяти раз (Мф. 18:21-22). Многие богословы справедливо толкуют этот ответ Христа Петру как призыв прощать ближнего столько раз, сколько Петр хотел бы, чтобы Бог прощал его. Но даже если понимать ответ Христа буквально, ни о каком «лимите» на прощение в виде «два-три раза за всю жизнь» речь не идет. Даже Петр называет гипотетический лимит гораздо выше – «до семи раз». А Христос констатирует, что «семь раз» могут быть исчерпаны за один день, а никак не за всю жизнь (Лук. 17:4).

Поэтому представления Елиуя о Божьем водительстве и ограде от грехов не вполне согласуются с другими текстами Писания. Кроме того, в представлении Елиуя функцию по обличению человека от греха и наставлению человека правде выполняет специальный «ангел-наставник»:

«Если есть у него Ангел-наставник, один из тысячи, чтобы показать человеку прямой путь его, – Бог умилосердится над ним и скажет: освободи его от могилы; Я нашел умилостивление» (Иов 33:23-24)

Такое представление об ангелах также весьма спорно. Библия говорит, что ангелы это «служебные духи, посылаемые на служение для тех, которые имеют наследовать спасение» (Евр. 1:14). Служить и вести, обличая во грехе и наставляя на правду, – это разные вещи. Функция по наставлению человека и обличению его во грехе, согласно Библии, принадлежит Святому Духу (Ин. 14:26; 16:13). Ангелы могут охранять человека на его путях (Пс. 90:11), могут выступать в роли посланников с вестью от Бога, но функция по контролю за духовной жизнью человека – это работа Святого Духа, а не ангелов.

Кроме того, в представлении Елиуя, у каждого спасенного есть свой «персональный» ангел-наставник. На основании Библии этого нельзя отрицать, но и утверждать нельзя. Некоторые намеки на существование ангелов, «прикрепленных» к конкретному человеку есть в Деян. 12:15. Действительно, служанка Рода, по мнению молившихся в доме матери Марка, видела «ангела Петра». Однако эта мысль могла отражать как истину, так и простонародные представления евреев в I в н.э.

Еще один неоднозначный тезис Елиуя – его представление о Божьем воздаянии:

«Не может быть у Бога неправда или у Вседержителя неправосудие, ибо Он по делам человека поступает с ним и по путям мужа воздает ему. Истинно, Бог не делает неправды и Вседержитель не извращает суда» (Иов 34:10-12)

Разумеется, никто не станет спорить с тем, что Бог – праведный и справедливый Судья (Пс. 7:12; 9:5; Иер. 11:20; 2 Тим. 4:8). Однако Елиуй делает это заявление применительно к конкретной ситуации с Иовом и связывает его состояние с Божьим принципом суда – воздаяние по делам (Пс. 17:26-27). На первый взгляд, может показаться, что Елиуй прав. Ведь даже Иисус в Своем обращении через Иоанна говорит:

«Се, гряду скоро, и возмездие Мое со Мною, чтобы воздать каждому по делам его» (Откр. 22:12)

Однако данные слова Иисуса говорят о глобальном («стратегическом») воздании каждому человеку по итогам всей прожитой жизни. Оценивать каждую «тактическую» проблему в жизни человека как признак Божьего суда нельзя, и Сам же Иисус учит нас этому через книгу, принадлежащую перу того самого апостола Иоанна, который написал книгу Откровение:

«И, проходя, увидел человека, слепого от рождения. Ученики Его спросили у Него: Равви! кто согрешил, он или родители его, что родился слепым? Иисус отвечал: не согрешил ни он, ни родители его, но это для того, чтобы на нем явились дела Божии» (Ин. 9:1-3)

Пока человек жив, его положение перед Богом окончательно не определено. Поэтому считать всякого больного и страдающего человека находящимся под Божьим судом – нельзя. Сам Христос «взял на Себя наши немощи и понес наши болезни; а мы думали, что Он был поражаем, наказуем и уничижен Богом» (Ис. 53:4). Оценивать страдания Иисуса и Его ужасную смерть как Божий суд над грешником ни в коей мере нельзя. Именно поэтому и Елиуй должен был проявить больше осторожности, оценивая положение Иова перед Богом. Обратим также внимание, что Елиуй, так же как и Елифаз, Вилдад и Софар, не допускает и мысли о подлинном источнике несчастий Иова – сатане.

Другими словами, в главном вопросе – почему, собственно, Иов страдает – Елиуй, по сути, согласен с друзьями Иова. Он уверен в том, что речь идет о воздаянии за грехи, а не об испытании веры Богом с одновременным искушением от Божьего противника. Именно ошибочность этой исходной предпосылки и определяет наличие в речи Елиуя третьего названного нами сегмента – нападок на Иова. Вот наиболее жесткая из них:

«Есть ли такой человек, как Иов, который пьет глумление, как воду, вступает в сообщество с делающими беззаконие и ходит с людьми нечестивыми? Потому что он сказал: нет пользы для человека в благоугождении Богу» (Иов 34:7-9)

Читая эти слова, я недоумевал, как Елиуй может говорить столь явную ложь. Ведь благочестие Иова было общеизвестно, и его репутация не допускала даже намеков на то, о чем Елиуй здесь говорит. Однажды, размышляя над этим обвинением Елиуя, я предположил, что Елиуй говорил не о конкретных грехах Иова, а о гипотетических. Иов в одной из своих речей заявил:

«О, если бы Ты в преисподней сокрыл меня и укрывал меня, пока пройдет гнев Твой, положил мне срок и потом вспомнил обо мне! Когда умрет человек, то будет ли он опять жить? Во все дни определенного мне времени я ожидал бы, пока придет мне смена» (Иов 14:13-14)

Эти слова Иова возмутили Елифаза, который заявил Иову: «Нечестие твое настроило так уста твои, и ты избрал язык лукавых» (Иов 15:5). На этих же словах Иова строит свое обвинение и Елиуй. Если Елифаз истолковывает слова Иова просто как бунт против Бога, то Елиуй идет дальше. В его понимании Иов ходил перед Богом в непорочности на основании корыстных мотивов. Другими словами, соблюдал Божьи заповеди с оглядкой на земные благословения. А как только Иов лишился земных благ, он, в понимании Елиуя, усомнился в целесообразности своей благочестивой жизни. Вспомним, такие же мысли посещали и Асафа:

«Я позавидовал безумным, видя благоденствие нечестивых, ибо им нет страданий до смерти их, и крепки силы их; на работе человеческой нет их, и с прочими людьми не подвергаются ударам… так не напрасно ли я очищал сердце мое и омывал в невинности руки мои, и подвергал себя ранам всякий день и обличениям всякое утро?» (Пс. 72:3-5, 13-14)

Действительно, у Иова был момент, когда он переживал искушение, подобное тому, которое описано Асафом. Однако это – не доказательство нечестия. Страдая телом и душой, Иов был полон сомнений и задавался теми же вопросами, что и Асаф:

«Почему беззаконные живут, достигают старости, да и силами крепки? Дети их с ними перед лицем их, и внуки их перед глазами их. Домы их безопасны от страха, и нет жезла Божия на них. Вол их оплодотворяет и не извергает, корова их зачинает и не выкидывает. Как стадо, выпускают они малюток своих, и дети их прыгают. Восклицают под голос тимпана и цитры и веселятся при звуках свирели; проводят дни свои в счастьи и мгновенно нисходят в преисподнюю. А между тем они говорят Богу: отойди от нас, не хотим мы знать путей Твоих! Что Вседержитель, чтобы нам служить Ему? и что пользы прибегать к Нему?» (Иов 21:7-15)

Однако, несмотря на все эти сомнения, Иов тут же твердо заявляет о своем желании остаться верным Богу, не взирая ни на что (Иов 21:16). Елиуй же представляет ситуацию так, будто Иов сожалеет о том, что не «взял от жизни все». Будто Иов хотел бы «пить глумление как воду» и «ходить с людьми нечестивыми». Ведь какая разница, как жить? Все равно все умирают! «Станем есть и пить, ибо завтра умрем!» (Ис. 22:13; 1 Кор. 15:32). Если вначале Елиуй говорит об этом завуалировано, то затем – открыто и прямо:

«Ты сказал: что пользы мне? и какую прибыль я имел бы пред тем, как если бы я и грешил?» (Иов 35:3)

Иов жаждет получить от Бога ответ, во имя чего ему надо переносить свои страдания. И это вполне логично, ведь «если мы в этой только жизни надеемся на Христа, то мы несчастнее всех человеков» (1 Кор. 15:19). Если этой жизнью все и закончится, то надо брать от жизни все. Благочестие и соблюдение заповедей в этом случае не имеет смысла и может рассматриваться как бессмысленное самоограничение. Конечно, Иов не верил в это, а уповал на воскресение из мертвых и верил, что ради вечной жизни терпит страдания в этой. Елиуй же в очередной раз искажает слова Иова, а потом опровергает собственную «карикатуру» на взгляды оппонента:

«Если ты грешишь, что делаешь ты Ему? и если преступления твои умножаются, что причиняешь ты Ему? Если ты праведен, что даешь Ему? или что получает Он от руки твоей? Нечестие твое относится к человеку, как ты, и праведность твоя к сыну человеческому» (Иов 35:6-8)

Елиуй пытается сказать Иову, что, живя благочестивой жизнью, человек не делает Богу никакого одолжения. А Иов, мол, думал, что делает Богу такое «одолжение» и усомнился в том, надо ли жить праведно, как только лишился благословений. По сути, в этих словах Елиуй косвенно намекнул на первичное обвинение сатаны в адрес Иова. Ведь сатана тоже утверждал, что благочестие Иова небескорыстно:

«И отвечал сатана Господу и сказал: разве даром богобоязнен Иов? Не Ты ли кругом оградил его и дом его и все, что у него? Дело рук его Ты благословил, и стада его распространяются по земле; но простри руку Твою и коснись всего, что у него, – благословит ли он Тебя?» (Иов 1:9-11)

Здесь – одна из причин гнева Божьего на Елифаза, Вилдада и Софара. Своими упреками и поисками скрытых грехов в Иове, они поощряли его к самокопанию и отводили от осмысления одной из ключевых истин книги Иова – духовный мир разделен на светлую и темную стороны. И причиной проблем человека может быть не только наказание от Бога, но и дьявольские козни. Но Елиуй не допускает этого. Он считает, что происходящее с Иовом – это только начало «настоящего» Божьего суда:

«Хотя ты сказал, что ты не видишь Его, но суд пред Ним, и – жди его. Но ныне, потому что гнев Его не посетил его и он не познал его во всей строгости, Иов и открыл легкомысленно уста свои и безрассудно расточает слова» (Иов 35:14-16)

Складывается впечатление, что Елиуй не только не сочувствует страданиям Иова, но даже хочет, чтобы эти страдания еще больше усугубились. Чтобы другим не повадно было бунтовать против Бога. И чтобы все окружающие на примере Иова увидели, как прав был Елиуй в своих оценках.

Как я уже говорил выше, Елиуй согласен с Елифазом, Вилдадом и Софаром в том, что Иов страдает за свои грехи. Вслед за этими тремя мужами, Елиуй призывает Иова поискать в себе скрытых грехов и покаяться в них (Иов 33:8-12, 24-28). Однако Елиуй не ставит себя в один ряд с другими обвинителями Иова. Библия говорит, что гнев Елиуя воспылал не только на Иова, но и на его друзей (Иов 32:1-3). Наиболее ярко этот гнев прослеживается в следующих словах:

«К Богу должно говорить: я потерпел, больше не буду грешить. А чего я не знаю, Ты научи меня; и если я сделал беззаконие, больше не буду. По твоему ли рассуждению Он должен воздавать? И как ты отвергаешь, то тебе следует избирать, а не мне; говори, что знаешь. Люди разумные скажут мне, и муж мудрый, слушающий меня: Иов не умно говорит, и слова его не со смыслом. Я желал бы, чтобы Иов вполне был испытан, по ответам его, свойственным людям нечестивым» (Иов 34:31-36)

Елиуй не просто нападает на Иова, называя его нечестивым человеком. Он в открытую заявляет друзьям Иова, что те недостаточно жестко обличали его во грехах. Он как бы обвиняет Елифаза, Вилдада и Софара, что они не смогли убедить Иова в том, что он – грешник, нуждающийся в покаянии, а вместо этого спровоцировали Иова на то, что он «ко греху своему прибавит отступление, будет рукоплескать между нами и еще больше наговорит против Бога» (Иов 34:37).

Вместе с Елифазом Елиуй сердится на Иова за то, что тот хотел бы хоть на какое-то время успокоиться от своих страданий, пусть даже ценой смерти (Иов 3:11-13; 30:19-23). Такое желание Иова Елиуй трактует как попытку уйти от ответственности перед Богом. Однако же главное направление гнева Елиуя на Иова – «за то, что он оправдывал себя больше, нежели Бога» (Иов 32:2):

«Ты говорил в уши мои, и я слышал звук слов: чист я, без порока, невинен я, и нет во мне неправды; а Он нашел обвинение против меня и считает меня Своим противником; поставил ноги мои в колоду, наблюдает за всеми путями моими. Вот в этом ты неправ, отвечаю тебе, потому что Бог выше человека. Для чего тебе состязаться с Ним? Он не дает отчета ни в каких делах Своих» (Иов 33:8-13)

Вместе с Елифазом, Вилдадом и Софаром Елиуй обвиняет Иова в самоуверенности и нежелании признать свою вину перед Богом. Хотя Иов уже сказал, что признает суверенитет Бога и будет не спорить с Богом, а умолять Его (Иов 9:12-15). Действительно, в словах Иова есть несколько выражений, которые можно истолковать как заявления о непогрешимости, но это ли имел в виду Иов? Прочитаем:

«Что Ты ищешь порока во мне и допытываешься греха во мне, хотя знаешь, что я не беззаконник, и что некому избавить меня от руки Твоей?… что если я согрешу, Ты заметишь и не оставишь греха моего без наказания. Если я виновен, горе мне! если и прав, то не осмелюсь поднять головы моей» (Иов 10:6-7, 14-15)

«Но Он знает путь мой; пусть испытает меня, – выйду, как золото. Нога моя твердо держится стези Его; пути Его я хранил и не уклонялся. От заповеди уст Его не отступал; глаголы уст Его хранил больше, нежели мои правила» (Иов 23:10-12)

Иов действительно не признает себя живущим во грехе. Даже под сильнейшим давлением своих друзей. Однако Иов не «состязается» с Богом, как это пытается представить Елиуй. Его слова – это смесь недоумения и отчаяния, это обращенный к небесам возглас: «Господи, за что?! Объясни мне, в чем я виноват перед Тобой?!». В конце своей речи Иов призывает на свою голову проклятия, если он действительно допустил в свою жизнь какой-либо грех (Иов 31:1-40).

Конечно, это решение Иова можно считать опрометчивым, ведь после слов Господа Иову таки пришлось каяться (Иов 42:3-6). Однако Иов четко дает понять своим собеседникам, что если он в чем-то виноват перед Богом, то примет обличение не от «жалких утешителей» (Иов 16:2), а только от Самого Бога. То же самое много лет спустя Павел дал понять коринфянам:

«Для меня очень мало значит, как судите обо мне вы или как судят другие люди; я и сам не сужу о себе. Ибо хотя я ничего не знаю за собою, но тем не оправдываюсь; судия же мне Господь» (1 Кор. 4:3-4)

Там, где Елиуй видит самоуверенные заявления Иова в собственной непогрешимости, Иов лишь скромно говорит: «Я не знаю за собою никаких грехов, но этим не оправдываюсь. Бог мне судия. Если я не прав, пусть Он укажет мне на мою ошибку, и я раскаюсь».

Возможно, вопросы Иова к Богу звучали резко. Возможно, его уверенность в отсутствии грехов была слишком опрометчивой. Но Иов был искренен и не боялся задавать Богу честные вопросы. Именно поэтому Бог дал Иову ответы и принял его лице. А Елифаза, Вилдада и Софара, которые пытались «одернуть» Иова в своих попытках «заступаться за Бога», Бог не одобрил. Более того, Бог показал им, что их услуга была «медвежьей» и вызвала только Божий гнев. Потому как, в отличие от Иова, они не были искренни, а своим разговорами о недопустимости задавать Богу «такие» вопросы лишь прикрывали свою неуверенность и наличие в глубине души тех же самых вопросов.

Елиуй, как мы видим, во многом поддерживал обвинения трех друзей в адрес Иова и даже высказывался более категорично, нежели они. Кроме того, Елиуй сам был глубоко уверен в своих словах, называл себя «совершенным в познаниях» (Иов 36:4) и даже представлял свои слова как ответ от Господа, которого Иов так хотел (Иов 33:6). Конечно, слова Елиуя не были ответом Господа Иову. Если Господь назначал какого-либо человека быть «вместо» Себя, т.е. говорить от имени Бога, Он об этом прямо заявлял, как в случае с Моисеем и Аароном (Исх. 7:1-2).

Тот факт, что после слов Елиуя Господь обращается к Иову Сам, также говорит о том, что слова Елиуя – не то или, по крайней мере, не совсем то, что хочет сказать Иову Господь. Итак, Господь не в полной мере одобряет речь Елиуя. Возможно, Он ее осуждает? Но почему же тогда Елиуй не осужден вместе с Елифазом, Вилдадом и Софаром? Почему не говорится о гневе Господа на Елиуя за то, что он говорил о Боге «не так верно», как Иов?

Я полагаю, это связано с тем, что Елиуй, в отличие от друзей Иова, был искренен в своих убедждениях. Эта искренность четко видна в следующих словах:

«Ибо я полон речами, и дух во мне теснит меня. Вот, утроба моя, как вино неоткрытое: она готова прорваться, подобно новым мехам. Поговорю, и будет легче мне; открою уста мои и отвечу. На лице человека смотреть не буду и никакому человеку льстить не стану, потому что я не умею льстить: сейчас убей меня, Творец мой… Слова мои от искренности моего сердца, и уста мои произнесут знание чистое» (Иов 32:18-22, 33:3)

Так и хочется сравнить Елиуя с Иеремией, для которого Слово Божье было как огонь в костях, который невозможно было удержать (Иер. 20:9). Молодой и горячий Елиуй обращался к Иову совсем по другим мотивам, нежели его умудренные друзья, среди которых были годящиеся Иову в отцы. Друзья хотели «осадить» Иова своим авторитетом, возрастом и общественным положением. Елиуй же не ссылается ни на какие «общественно значимые» аргументы, вроде возраста, опыта, статуса и т.п. Он собирался опровергнуть Иова только благодаря своей пламенной вере в Бога. И Бог учитывает это. Бог не во всем согласен с Елиуем, Бог видит, что в некоторых вопросах Елиуй искренне заблуждается, но прощает это Елиую ради его искренней веры.

 Наше счастье в том, что наш Господь – милосерден, и, оценивая наши дела, учитывает не только сам поступок, но и мотивы этого поступка. И хотя поведение Елиуя в отношении Иова во многом напоминало поведение Елифаза, Вилдада и Софара, Елиуя Бог милует. Так же как в свое время помиловал другого молодого и горячего парня – фарисея по имени Савл:

«Благодарю давшего мне силу, Христа Иисуса, Господа нашего, что Он признал меня верным, определив на служение, меня, который прежде был хулитель и гонитель и обидчик, но помилован потому, что так поступал по неведению, в неверии» (1 Тим. 1:12-13)

Благодаря тому, что Христос на кресте упросил Отца простить тем, кто не знает, что делает (Лук. 23:34), искренне заблуждающиеся в тех или иных вопросах люди, типа Савла или Елиуя, получают возможность не только избежать осуждения, но и познать Божью истину и даже по-новому найти себя в служении Богу.

Однако у нас остался без ответа главный вопрос: а зачем, собственно, нужен монолог Елиуя в книге Иова? Каково его значение? Если Елиуй – это и не Божий пророк и не четвертый обвинитель Иова, то кто же он? Многие комментаторы считают речь Елиуя вставкой в книгу Иова. Есть и такие, кто считает, что речь Елиуя вообще не имеет никакого значения, поскольку никто из других действующих лиц на нее не ответил, а значит, она не заслуживает внимания.

Я уже сказал в начале, что не приемлю ни однозначно положительных, ни однозначно отрицательных оценок личности Елиуя. Я не допускаю вставок в Богодухновенный библейский текст и не считаю, что, ни много не мало, седьмая часть книги Иова – просто вода, не имеющая никакого значения. Так зачем же тогда речь Елиуя в книге Иова и каково ее значение?

Моя версия по этому вопросу следующая. Я считаю, что речь Елиуя отражает «общественное мнение», представление среднестатистического обывателя о причинах и сущности происходящего с Иовом. Очевидно, что весь диалог Иова с друзьями происходил в присутствии большого количества «зевак», наблюдавших за происходящим исключительно из праздного любопытства. Среди них был и Елиуй. После того, как диалог Иова с друзьями закончился, Елиуй посчитал нужным озвучить то, что думал о происходящем с Иовом если не каждый, то большинство из наблюдавшей толпы.

Речь Елиуя – характерный пример ситуации, когда человек не точно воспринимает и не точно воспроизводит воспринятую информацию. Что-то услышал, что-то упустил, что-то не так понял, что-то преломилось в свете личного отношения… В итоге получилась весьма странная смесь из очевидных библейских истин, с которыми Иов не спорит, спорных утверждений, являющихся личным мнением Елиуя и прямых нападок на Иова.

Людей, подобных Елиую, мы можем постоянно встречать в нашей жизни. Те, кто смешивает Божью истину со слухами и собственными субъективными представлениями, а потом этот «винегрет» вываливает на голову и в уши своих ближних, как самый правильный рецепт жизни, всегда хватало. Елиуй произнес благочестивую по форме речь, но с вкраплениями сомнительных и откровенно ложных тезисов. Именно таков человек, «обработанный» средствами массовой информации. Именно такие люди и формируют общественное мнение.

Речь Елиуя показательна тем, насколько его оценка Иова совпадает с оценкой Бога. Она показывает нам, что не только друзья Иова, но и окружавшее его общество ошиблись в оценке произошедшего с Иовом. Иов проигнорировал «общественное мнение», выраженное Елиуем и получил настоящие ответы от Самого Бога. Бог также проигнорировал «общественное мнение» в виде оценки, данной Иову Елиуем, и дал Иову Свою собственную оценку. Будем помнить об этом, чтобы нам сегодня не поддаться давлению «общественного мнения» и самим не участвовать в той манипулятивной игре, в рамках которой это «мнение» формируется.

17.08.2019

Максим Нестеренко

Автор та ведучий рубрики
“Драгоценное из ничтожного”,
м. Харків

0

Залишити відповідь

Ще на сайті

Молитва подяки за народжену дитину в сім’ї брата Миколи та сестри Есфір Тяско. Господь подарував їм ще одну чудову дівчинку на ім’я Анетка, це вже третя дитина в їхній сім’ї. Слава Богу за їхню сім´ю, за Його безмежну любов та благословіння
Время – один из важнейших ресурсов, данных нам Богом однако под влиянием нашего собственного эгоизма и греховности окружающего нас мира мы начинаем воспринимать время как нашу собственность

Категорії

Наші соціальні мережі

Теми